Заместим всё?
У пермского авиадвигателя ПД-14 появился конкурент
На рабочей встрече Владимира Путина с заместителем председателя Правительства РФ Дмитрием Рогозиным лидеры России обсудили возможность «Пермских моторов» обеспечить импортозамещение двигателей иностранного производства. Главной надеждой отечественного авиапрома стал разрабатываемый в Перми ПД–14.
Встреча, посвященная перспективам развития двигателестроения как одного из приоритетных направлений российского машиностроения, началась с разговора о том, что Россия по–прежнему входит в избранную пятерку стран, способных с нуля создать авиационный двигатель (куда, кроме РФ, входят США, Китай, Англия и Франция). В 90–е годы мы отстали, а сейчас к этому отставанию добавилась необходимость в срочном порядке замещать украинские двигатели, поставляемые для российских вертолетов, самолетов семейства «Ан» и кораблей ВМФ. По словам вице–премьера, проблема усугубляется тем, что разрабатывать авиационный двигатель сложней и дольше, чем новый самолет – на это требуется от трех до пяти лет. На самом деле сроки еще больше – тот же ПД–14 официально разрабатывается с 2008 года, а реально – с начала «нулевых».
– Проанализировав ситуацию, – заявил Рогозин, – переговорив с конструкторами, мы нашли одно интереснейшее решение. Оно связано с тем, что можно выделить эту проблему как единую приоритетную цель не в привязке к созданию образцов авиационной техники… Мы нашли решение на базе работы, которую ведут пермяки: предприятие «Пермские моторы» может создать на базе газогенератора двигатели, которые позволят нам расширить сегмент авиационного двигателестроения с тягой на взлете от 9 до 16 тонн.
Такую же унифицированную «линейку» предполагается создать на базе газогенератора самарского двигателя НК–32 (ставится на «Ту–160»), только тягой больше, до 35 тонн. Одновременно в Рыбинске, на НПО «Сатурн» (бывшие «Рыбинские моторы»), будет развернуто производство газогенераторов, замещающих продукцию николаевского предприятия «Зоря»–«Машпроект». Однако рыбинские силовые установки начнут поступать в российский ВМФ лишь в 2017–2018 годах, что означает загрузку бывшего главного конкурента пермского «куста» авиационных предприятий под самую завязку.
Как мы видим, амбициозные планы пермяков по попаданию в проект «Ермак» и обеспечению двигателем тяжелого дальнемагистрального широкофюзеляжного самолета не оправдались. На долю пермского ПД–14 остались ремоторизация «Суперджета», версия МС–21 на 210 пассажиров, создание двигателя для «Ми–26» (на замену украинских АИ–136 и Д–136), а также двигателя под перспективный российско–китайский тяжелый вертолет.
О двигателе SaM–146, совместной разработке французской «Снекмы» и рыбинского НПО «Сатурн», который ставится на «Суперджет», говорилось лишь косвенно. В «Авиадвигателе» раньше поясняли, что ПД–14 предположительно будет ставиться на новую модификацию «Суперджета» с большим количеством пассажиров, так что Рогозин, простите, мог просто перепутать. Но слово «ремоторизация» уже сказано и, надо полагать, внесет определенное напряжение в отношения ОДК и «Снекмы». Это не станет трагедией для программы «Суперджета», поскольку для российской стороны производство SaM–146 убыточно, кроме одного маленького «но» – SaM–146 давно летает, а ПД–14 впервые поднимется в небо на крыле «летающей лаборатории» «Ил–76ЛЛ» лишь нынешней осенью.
А вот соперничество с Самарой – это серьезно. Именно КБ Кузнецова в советское время было главным конкурентом пермяков, а самарский двигатель НК–93 – главным конкурентом ПС–90. Двигатель НК–32 чуть постарше, серийное производство с 1983 года, зато он сертифицирован и летал. Несмотря на то, что двигателю уже 30 лет, он достаточно революционен, поскольку отчаявшиеся обойти Пермь в традиционной двухконтурной схеме самарцы предложили новую, соосную схему редукторного турбовентиляторного двигателя. Схема перспективная, но очень затратная; в настоящий момент ее реализовали только «Пратт–Уитни». Если удастся запустить его – в будущем не только у ПД–14, но и у «Авиадвигателя» в целом, как у признанного лидера в области гражданского двигателестроения, появятся проблемы. Другой вопрос, что самарское КБ закрыто, специалистов придется искать и нанимать заново, а «Авиадвигатель» работает уже сейчас.
Под конец встречи Рогозин предложил Путину за счет совмещения технологий в корабельном и авиационном двигателестроении выделить отдельную подпрограмму в рамках единой государственной программы развития оборонно–промышленного комплекса. По его словам, «это поможет развивать семейственность двигателей, что сократит время на их разработку, усилит кадровый потенциал и даст возможность экономить деньги, планируя производство двигателестроения по всей линейке – от 9 до 35 тонн». Это решит все проблемы с импортозамещением и станет толчком для развития отечественной авиации, у которой появится «опережающий задел». Он также отметил, что бюджету только придется перераспределить средства, а не нести новые затраты.
Иван Помидоров
