Газета деловой интерес
Достаточно ли, по вашему мнению, мер по поддержке бизнеса, предоставляемых государством?

Календарь публикаций
«    Январь 2021    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Овлякули ХОДЖАКУЛИ: «Я бархатный деспот»


Овлякули ХОДЖАКУЛИ:  «Я бархатный деспот»

Для его театра не существует временных, географических и стилевых рамок. Пьеса – цветная бумага, из которой он создает свой спектакль – «аппликацию». Критики в Германии, Франции, Польше, Италии не скупятся на высокие оценки его постановок, называя Человеком мира. Овлякули ХОДЖАКУЛИ  приехал в Пермь из Лондона ставить «Наводнение» в театре «У Моста».

– Овлякули, говоря о Ваших спектаклях, невозможно не вспомнить знаменитое «Ищите женщину». Да и женщины у Вас: Медея, Соломея, мать Эдипа, теперь вот Софья в «Наводнении» – дамы, прямо скажем, непростые…

– Они меня преследуют. (Смеется.) Женщины мне интересны всегда и как образ, и как личность, они содержательнее нас, глубже, выносливее. У меня давно была идея найти пересечение образа Женщины в античных пьесах с классикой прошлого века. Темные силы внутри человека, загадочным образом соотносимые с историческими и природными катаклизмами, – актуальны всегда. Софья всего–навсего хотела быть счастливой. Не родит – не мать, неполноценная женщина. Ради счастья она идет на жестокое убийство. Но обрела ли что–то? Часто мы произносим фразу «Убил бы». А Софья словно подсказку чувствует в этом. Как сыграть Виктории Проскуриной эту борьбу?

– Ваш фильм «Эдип» сравнивали с работой Пазолини. А смотрели ли Вы чьи–то постановки по «Наводнению»? Мало кто обращался к этому произведению Замятина. Я посмотрела специально российско–французскую версию с Изабель Юппер 1993 года, получившую признание на фестивале в Локарно.

– Елена Баранчикова (автор пьесы) говорила об этом фильме, но мы не нашли пока ссылку на качественную версию. Если получится, обязательно посмотрю. Нет, мне не приходилось видеть чью–то постановку.

– Один из критиков назвал Ваш театр «бездомным». Вам не грозит стагнация, потому что в каждом спектакле появляются новые люди, которые позволяют по–новому раскрыть возможности?

– Я в 1993 году оставил постоянный репертуарный театр. Меня убивало вмешательство любой нетворческой силы. Это административная работа, звонки из Минкульта, решение каких–то вопросов. Стучат: «Вам из министерства звонят!» Не звоните мне, я художник! И более 25 лет я свободен и Человек мира. С 2016 года живу в Лондоне, ставлю спектакли, конечно, классику в разных театрах. В основном – русский театр «Хамелеон» и Orzu Arts, первый театр Центральной Азии в Великобритании (на английском).

– Хотелось бы увидеть вашего «Маленького принца» в «Хамелеоне». А что смотрите в лондонских театрах? К примеру, Шекспира?

– Знаете, Шекспира сделали великим не сами британцы, а весь мир, кроме британцев. «Гамлет» у «Глобуса» не круче, чем в любом другом театре. Я смотрю и ставлю классику, она не сиюминутна.

– Помню Ваши слова о том, что даже если в зале будут сидеть три человека, Вы будете работать для них по максимуму.

 – Даже если один зритель будет сидеть в зале, я буду играть для него. Зрителя я хотел бы видеть сотворцом, думающим, переживающим.

– Часто упоминают эффект 4D, который применяется у «умостовцев»: запах бензина в «Безруком из Спокэна» или ночлежки в «На дне». Что–то подобное ждет в «Наводнении»?

– Баранчикова мне звонила: «А можно пустить запах в зал? «Конечно, – отвечаю. – Будем пускать запах трупный после наводнения, и натурально убивать каждый спектакль Ганку, новую актрису будем брать!» Нет, мне не нужно такое заигрывание с залом. Я не собираюсь уставшего зрителя развлекать. Для этого есть дома диван и телевизор. Если ты решился, выделил время – включайся, ты – участник.

Я про театр «У Моста» знал давно, по «Золотым маскам». Постановки Федотова всегда живые, очень бережное отношение к классике. Вот 30 лет «Мандату», вносятся какие–то новые фишки, он «свежий» все время. К каждому спектаклю свой подход. Актеры с закрытыми глазами в материал бросаются, находят глубину. Как сейчас многие говорят: «У нас физический театр». Как театр может быть физическим? Вы от хорошего актера, от мощно выстроенного диалога получите больше. Мизансцена выигрывает у спецэффекта.

– Но, говорят, Вы умеете удивлять необычной стенографией и метаморфозами?

– Приходите на премьеру, посмотрим вместе.

– Как случилось, что мы видим Вас в Перми? Сидели в Лондоне, «никого не трогали» и?..

– Елена Баранчикова говорит, что искала меня два года. У меня страница на «Фейсбуке» в какой–то момент исчезла, и я не восстанавливал. Потом регистрировал новый аккаунт, но вернулся в старый. На следующий же день получаю сообщение от Елены: «Я вас давно ищу, хочу предложить пьесу, есть несколько театров, один готов хоть сейчас начать». Знакомлюсь – да, мое! И вечером звонит Федотов: «Я тебя знаю давно, вот сказали, что ты согласен».

– Не думаю, что возвращение аккаунта – случайно. В «У Моста» это называется «знаками». Знакомство с этим театром просто так не проходит. Сталкивались уже с какими–то мистическими «приветами»?

– Каждый день. Сколько дней играем сцену, где присутствует необычная бутылка для героя. Вчера отрепетировали, говорю: «Смотрите, как хорошо она вписывается, главное, чтобы не разбилась». Через минуту падает сама. «Какого черта?» Актеры говорят: «Осторожнее, у нас что скажете, то и случится». И таких случаев много. 

– Говорят, режиссеры бывают двух видов: одни думают, что они боги, другие знают это точно. Вы деспотичный режиссер?

– Я улыбающийся бархатный деспот. Нет, я не давлю на актеров, но достаю немного. (Улыбается.) Они начинают выходить из себя. «Да–да, – говорю, – отлично! Мне нужны эти эмоции!».

Лиза Шандера


IN-календарь
INосказательно
Геннадий САНДЫРЕВ,  руководитель группы предприятий «Налоги и право», председатель попечительского совета АНО «ЦПП «Общественная инициатива»

Радует, что бизнес, пострадавший от пандемии, может снова получить поддержку от государства  

Марина ШИЛОВА, шеф–редактор газеты Dеловой INтерес

Приближающийся Новый год отличается от предыдущих ставшей привычной приставкой НЕ 

Олег ЖДАНОВ, президент Пермской торгово–промышленной палаты

2020 год внес серьезные коррективы в работу бизнеса. Ситуация изменилась кардинально.