Газета деловой интерес
Достаточно ли, по вашему мнению, мер по поддержке бизнеса, предоставляемых государством?

Календарь публикаций
«    Август 2019    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 

Из «Искры» возгорится пламя


Из «Искры» возгорится пламя

В  декабре 1955 года Постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР №2132–1157 на специальное конструкторское бюро №172 (СКБ–172) артиллерийского вооружения Пермского машиностроительного завода им. В. И. Ленина были возложены работы по созданию образцов ракетной техники. Так началась история НПО «Искра» и пермского ракетостроения. Но она была бы неполной без первого главного конструктора СКБ–172 – Михаила Юрьевича Цирульникова.

ИЗ САПОЖНИКОВ — В ИНЖЕНЕРЫ

Михаил Цирульников родился 19 сентября 1907 года в городе Корсунь Киевской губернии. Родился в самой обычной семье – отец был сапожником, работал в небольшой мастерской. А мама сидела дома с пятью детьми – тремя дочками и сыновьями–близнецами, Мишей и Давидом. Готовила, стирала, обшивала всю семью.

С 1917 года братья учились в начальной школе–семилетке, потом поступили в училище, помогали в мастерской отца. Михаила пригласили поработать помощником токаря – так начался его интерес к делам инженерным. Чтобы получить образование, Михаил Цирульников переехал в Харьков и поступил в Харьковский технологический институт. После третьего курса талантливого ученика перевели в Ленинград, в Военно–техническую академию Красной Армии. Здесь он и остался – на кафедре проектирования артиллерии. Читал лекции студентам, писал монографии, а в 1934 году стал кандидатом технических наук.

В 1934 году от теории Михаил Цирульников перешел к практике: его направили на работу на завод №8 в Подлипках (это Подмосковье). Под его руководством на заводе была создана 25–миллиметровая автоматическая противотанковая пушка. В 1937 году он продемонстрировал новую пушку военной комиссии во главе с наркомом Климентом Ворошиловым.

«ШАРАШКА» ПРИВЕЛА В ПЕРМЬ

Наверное, сталинские репрессии – один из самых печальных моментов советской истории. Михаил Цирульников, как и сотни его коллег, прекратил работу – так как был арестован. В июле 1938 года за ним пришли – к этому моменту брат Михаила Цирульникова, Давид, уже был объявлен «врагом народа». 23 апреля 1939 года Особым Совещанием при НКВД СССР Михаил Цирульников был осужден на 8 лет исправительное–трудовых лагерей.

Впрочем, как и многие талантливые конструкторы, Цирюльников был отправлен не в лагерь, а в «шарашку». Так на жаргоне называли НИИ и КБ тюремного типа, подчиненных НКВД, в которых работали заключенные ученые, инженеры и техники. Цирульникова определили в ОТБ при Управлении НКВД по Ленинградской области, где он продолжил работу по созданию новых образцов артиллерийского вооружения.

– Мы в этом КБ работали, хоть это и кажется странным, с воодушевлением, с огромной самоотдачей, по десять часов в сутки, – вспоминал Цирульников. – Питание было очень хорошее, внешние условия для творчества, в принципе, нормальные. Если б не охрана, не казарменный режим — обычное конструкторское бюро. О масштабах репрессий, этой трагедии мы тогда только догадывались – вместе со мной сидели конструкторы, академики и профессора. Но мы никогда не говорили о происшедшем с нами. Днем каждый был погружен в конструкторские заботы, а по ночам уходили в себя, в раздумья о том, что же, в конце концов, является подлинной причиной несчастий сотен и тысяч нужнейших делу индустриализации специалистов? Каждый считал, что раскрываться даже перед близким человеком небезопасно.

Тогда же, в заключении, Михаил Цирульников познакомился с Андреем Николаевичем Туполевым, знаменитым авиаконструктором, и Сергеем Павловичем Королёвым, основоположником российской космонавтики.

Летом 1942 года ОТБ было эвакуировано в Молотов и вошло в состав завода №172. В бюро работали осужденные специалисты – 150 человек. Ведущим конструктором пушечного КБ был назначен Михаил Юрьевич Цирульников. Его отдел разместили в небольшом доме на территории Мотовилихинских заводов. И поставили задачу: разработать и запустить в серию новую противотанковую пушку. В ходе боев выяснилось, что советская 45–миллиметровка не пробивает броню немецких танков. Созданная в кратчайшие сроки пушка М–42, получившая у артиллеристов нежное прозвище «Аннушка», стала одним из лучших противотанковых орудий Второй мировой войны.

В 1943 году вышло Постановление Государственного комитета обороны «Об амнистировании со снятием судимости специалистов». Михаил Цирульников был досрочно освобожден и возглавил конструкторское бюро. Но было ли время почувствовать себя свободным? Нет. Необходимо было создать 76–миллиметровую полковую пушку – уже в 1943 году она принята на вооружение. Затем ОКБ–172 провело модернизацию 152–миллиметровой гаубицы–пушки МЛ–20, разработало 122–миллиметровую самоходку повышенной мощности М–22, 76–миллиметровую дивизионную пушку БЛ–14, 85–миллиметровую противотанковую пушку БЛ–19 – и все эти орудия сразу шли в производство и на фронт. Артиллерийский завод №172, при котором работало КБ Цирульникова, за годы войны выпустило почти 49 000 пушек. Каждое четвертое орудие на полях сражений. Продолжил Цирульников работать на заводе и после войны…

«РАКЕТНЫЙ» ПОВОРОТ

Новое время принесло новые вызовы. Холодная война с США «подстегнула» советское правительство заняться разработкой своего ядерного вооружения и баллистических межконтинентальных ракет стратегического назначения. Сергей Королёв, возглавлявший разработку первых советских баллистических ракет на твердом топливе, осознавал, что Союзу необходимы крупное специализированное конструкторское бюро, производственная и опытно–экспериментальная базы, наконец, научная школа и подготовка конструкторских кадров. В декабре 1955 года работы по созданию образцов твердотопливной ракетной техники возложили на СКБ–172. Михаила Цирульникова назначили главным конструктором. Все необходимое, чтобы русские ракеты полетели, в Перми было: производственные мощности, пороховое НИИ, конструкторское бюро.

В течение 1956—1958 годов в пермском СКБ–172 выполнили первые научно–исследовательские работы, связанные с разработкой различных вариантов конструкции подвижной оперативно–тактической ракеты с двигательными установками различного типа. Постановлением

Совмина СССР от 13 февраля 1958 года была инициирована разработка «реактивного комплекса сухопутных войск с управляемыми ракетами на твердом топливе» — 3М2 «Ладога». К концу 1958 года проект ракеты 3М2 был завершен. На «Ладоге» всему учились с нуля. Прошли весь путь – от научных разработок до фактического строительства. Но через два года после начала работ «Ладога» полетела с полигона Капустин Яр.

Однако от американцев СССР серьезно отставал – выпущенная РТ–1 с дальностью полета 2400 километров заметно уступала «Минитмену–1» (9300 км). Как и во всей сфере ракетостроения, лидерство в производстве твердотопливных ракет захватило ОКБ–1 во главе с Сергеем Королёвым. Началось освоение новых титановых сплавов, работа со стеклопластиком, спецсталями, разработка рецептуры и освоение производства крупногабаритных твердотопливных зарядов.

4 апреля 1961 года выходит Постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР, в соответствии с которым предусматривалась разработка серии твердотопливных баллистических ракет РТ–2, РТ–15 и РТ–25. Общее руководство работами по всем трем проектам было возложено на ОКБ–1. А к нему подключили ленинградское ЦКБ–7 и пермское СКБ–172. Королёв лично курировал и работу, ведущуюся в Перми и в Ленинграде. В 1961 году Сергей Королёв предложил Михаилу Цирульникову стать главным конструктором и его заместителем, а пермское СКБ–172 сделать филиалом ОКБ–1.

Михаил Цирульников, не любивший работать под чьим–то руководством и крайне ценивший самостоятельность пермского бюро, от предложения Королёва отказался. Но работать вместе с ОКБ–1 пермяки продолжали. В 1966 году бюро еще раз проявило самостоятельность – и убедил Дмитрия Устинова, что СКБ–172 должно выйти из состава завода им. В. И. Ленина и стать самостоятельным предприятием – «КБ машиностроения» (КБМаш).

ЗНАМЕНИТАЯ РТ—2

В 1963 году разработан эскизный проект ракеты РТ–2. При стартовой массе 46,1 тонны дальность ее стрельбы должна была составлять 10 500 км – то есть русская ракета должна была летать дальше американского «Минитмена». В окончательном варианте на первой и третьей ступенях РТ–2 стояли двигатели, разработанные КБМаш, а на второй ступени – двигатель ленинградского ЦКБ–7 (КБ «Арсенал»).

Работу над РТ–2 сотрудники КБМаша в своих воспоминаниях часто называли «адской», а Михаила Цирульникова «одержимым». Отвечать на вопросы по работе он готов был в любое время, даже среди ночи. Более того, тем сотрудникам, которые медлили с текущими конструкторскими вопросами, объявлялись выговоры. Одним из способов работы над РТ–2 были «мозговые штурмы», на которые Цирульников приглашал весь коллектив КБМаша.

– Я помню, как работал Михаил Юрьевич, – вспоминал впоследствии Лев Лавров, сменивший Цирульникова на посту главного конструктора КБМаша. – Он болел за дело, никогда не был меркантильным. У него не было обид на годы, которые он проработал в «шарашке». Говорил: прошлое не вернуть, давайте работать ради будущего. Мог быть раздраженным, жестким, упрямым, злым, но всегда умел переломить себя, если оппонент был прав. Сергей Королёв не зря поверил ему, взяв в кооперацию разработчиков своих твердотопливных ракет. Тогда это был переворот в области ракетной техники.

Основной этап испытаний РТ–2 начался в конце 1966 года. Проводили его на космодроме Плесецк. А уже 18 декабря 1968 года Постановлением ЦК КПСС и

Совмина СССР боевой ракетный комплекс в целом принят на вооружение – РТ–2 будет служить советским и российским войскам вплоть до 1994 года. 8 декабря 1971 года первый полк РТ–2 был поставлен на боевое дежурство под Йошкар–Олой – всего таких полков было 6. Один из них базировался в селе Бершеть.

А главное — Михаил Юрьевич поверил в будущее нового направления и до последних дней работал в этой области. Передавал свой опыт и знания многим ученикам, искал и находил пути применения новых идей в различных отраслях науки и техники. Уже будучи больным, он не бросал дело. Оно было у него в крови, в душе. Не всегда его понимали, поддерживали, но он боролся.

НА СЛУЖБЕ МИРНЫМ ЦЕЛЯМ

В 1968 году Михаила Цирульникова на посту руководителя КБМАша сменил Лев Лавров, а сам он перешел на постоянную работу в Пермский политехнический институт (ППИ), на кафедру импульсных тепловых машин. В 1971 году по инициативе Цирульникова при кафедре создано опытно–конструкторское бюро «Темп», где он стал научным руководителем и главным конструктором.

Михаил Цирульников, несмотря на огромный объем читаемых им лекций, продолжает работать и как главный конструктор. Его предложения по ракетным и турбинным двигателям касаются не только оборонной отрасли – он предлагает «перевооружить» геологов, газо– и нефтедобывающую отрасли, строителей. Поставить артиллерию и орудия войны на службу мирным целям.

– В остаток жизни хочу использовать загубленную артиллерию как вторичное средство в мирных целях, это такой же рычаг, как и использование ядерной энергии, – делился он. – Мы забиваем сваи железобетонные при помощи пушки. Мы можем забить сваю в десять или сто раз быстрее, чем забиваем сейчас!

В 1989 году под его руководством создана установка для застреливания в морское дно анкеров крепления буровых вышек и трубопроводов и образования отверстий в мерзлом грунте. Опытно–промышленная партия установок успешно прошла испытания на объектах нефтяного строительства в Тюменской и Пермской областях. Она была рекомендована к серийному производству.

За заслуги в создании новых образцов артиллерийской и ракетной техники Михаил Цирульников был удостоен звания лауреата Государственной премии СССР, награжден орденами Октябрьской Революции, Трудового Красного Знамени, Отечественной войны I степени, Красной Звезды. Федерацией космонавтики России он посмертно удостоен ордена С. П. Королёва.  

Матвей Настин

На снимке: Михаил Цирульников (в первом ряду в центре) с коллегами


IN-календарь
INосказательно
Анастасия ПЕТРОВА, главный редактор газеты Dеловой INтерес

Сегодня, пожалуй, один из самых актуальных вопросов – вопрос административного давления на бизнес.

Анастасия ПЕТРОВА, главный редактор газеты Dеловой INтерес

1 июля – переломный момент года, с которого в силу вступает целый ряд законодательных ограничений 

Геннадий САНДЫРЕВ, член регионального штаба ОНФ, руководитель группы компаний «Налоги и право»

Особого внимания заслуживает отмена возможности двусмысленного трактования законов