Газета деловой интерес
Самое читаемое
Достаточно ли, по вашему мнению, мер по поддержке бизнеса, предоставляемых государством?

Календарь публикаций
«    Июнь 2022    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930 

Где зарыта собака?


Где зарыта собака?

После двухнедельного карантина Пермский Театр–Театр открылся премьерой спектакля «Загадочное ночное убийство собаки». Это – семейная драма с детективным расследованием по пьесе Саймона Стивенса. И третья попытка премьерного показа, первые были запланированы на май и сентябрь.

«Загадочное ночное убийство собаки» – роман Марка Хэддона, написанный в 2012 году от лица подростка с аутизмом. Сценическая версия книги – пьеса Саймона Стивенса – легла в основу одноименного спектакля молодого московского режиссера Данила Чащина.

ОПЕРИРОВАТЬ СМЫСЛАМИ

Кумир главного героя истории, 15–летнего подростка Кристофера Буна – Шерлок Холмс. Между сыщиком и подростком действительно есть сходство: они оба чутко замечают ускользающие от внимания других детали и способны их систематизировать, оба умеют максимально концентрироваться на своей цели и действовать четко по плану. Сам подросток говорит о себе, как о математике с некоторыми проблемами поведения. Ни в книге Марка Хэддона, ни в ее сценической версии Саймона Стивенса диагнозы не звучат, но очевидно, что у героя истории синдром Аспергера одно из расстройств аутического спектра (РАС).

Кристофер совершенно не способен понять эмоции близких. Он заботится о своей ручной крысе Тоби, но носит в кармане швейцарский армейский нож для защиты от того, кто попробует к нему прикоснуться. Расследуя убийство соседской собаки, мальчик случайно распутывает целый клубок из лжи и незрелых поступков своих родителей. Меняясь на наших глазах, он заставляет измениться всех окружающих. А разгадка странного происшествия с собакой оказывается не кульминацией, а лишь завязкой главной драмы спектакля – семейной.

Как признался Данил Чащин, изначальный замысел спектакля – заказ от театра. Это была идея для лаборатории, которую организовывает известный критик Олег Лоевский. Он поставил перед молодым режиссером задачу показать возможности пермской сцены, ее современную феноменальную машинерию. Чащин начал вспоминать материал, где бы это могло проявиться. И вспомнил о романе «Загадочное ночное убийство собаки», где герой попадает в техногенный мир, оказывается в центре мегаполиса, который ему чужд и враждебен. Но когда приступили к работе непосредственно над материалом, постановочные штуки ушли на второй план, а на первом оказалась человеческая история, заставившая актеров оперировать смыслами.

МАШИНЕРИЯ — ГЛАВНАЯ ГЕРОИНЯ

У пермской постановки есть все шансы удивить зрителей: в спектакле используются технические возможности модернизированной нижней механики сцены Театра–Театра, не имеющей аналогов в мире.

«Загадочное ночное убийство собаки» – вторая постановка после мюзикла «Винил», которая демонстрирует зрителям динамику новой площадки, и первая, которая позволяет видеть современную машинерию на расстоянии вытянутой руки.

– Нам хотелось вселенского, общечеловеческого звучания, и мы придумали некое материальное пространство, – рассказывает художник по костюмам, сценограф Дмитрий Разумов. – Есть небеса – колосниковая галерея, где впервые, как ангел, появляется мама Кристофера (актриса – Алиса Санарова), которая его бросила, не выдержав испытаний. Есть земля, по которой ходят люди. И есть ад, бездна – урбанистический, агрессивный, перенасыщенный людьми мир лондонского метро, созданный с применением всех возможностей нижней механики сцены и точной световой партитуры (художник по свету – Евгений Козин). Это пресс, который давит людей. И мы сами невольно становимся таким Кристофером…

В центре Вселенной зрители видят главного героя, зависшего между небом и землей, оторванного от реальности подростка с аутизмом, который пытается разобраться в происходящем и найти опору.

В цветовом решении спектакля много черного: постановщики сознательно погружают зал во тьму, чтобы выйти в светлый, позитивный финал. По словам Дмитрия Разумова, «зритель должен покинуть театр со щемящим чувством. Мы живем в злом мире, где кругом цифровая реальность, а окружающий мир формирует образ врага. Поэтому важно, что мальчик не уходит в себя, не закрывается от мира, а находит выходы, решения, продолжает жить дальше и стремиться к своей мечте».

Зрители сознательно рассажены по периметру сцены. И это чрезвычайно важно: одно дело, когда, скажем, видишь происходящее из зала, визуально отмечая работу механизмов, но эмоционально не вовлекаясь в процесс,

не чувствуя масштаба действа. Другое дело, когда на твоих глазах, в полутора метрах, кольцо и круг поднимаются, работают лонжероны, видишь открытый люк – становится страшно! Длительное вращение круга и кольца погружает в особый темпоритм, почти гипнотическое состояние. Так все эти механизмы становятся одушевленными и едва ли не главными персонажами спектакля.

Внутренний мир героя показывается с помощью лайф–камеры, на экранах возникают специальные титры и картинки, вдохновленные рисунками детей с аутизмом (видеохудожник – Михаил Заиканов). Звучащая в «Собаке» музыка очень атмосферна. В спектакле использованы композиции Syndrome, Arcade Fire My Body Is a Cage, Sirotkin «Выше домов» (саунд–дизайн – Татьяна Воробьева).

Удивительно и странно, но в «Собаке» никто не поет, хотя в последние годы это стало для труппы ТТ обычным делом. Зато балет из десяти молодых танцовщиков великолепен! Это одна из концепций режиссера – динамичная площадка театра и участие балетной трупы (хореограф – Лаура Хасаншина). Танцовщики передают эмоциональную составляющую спектакля через движения.

НА НЮАНСАХ И ПОЛУТОНАХ

Понятно, что основную массу времени режиссер и актеры работали над постановкой удаленно. Хотя сам Данил Чащин убежден, что есть такое понятие, как карма–кастинг:

– Когда приехал в Пермь, репетировал с теми актерами, кто в тот момент не был занят в других спектаклях. А получилось так, что все оказались на своих местах. Саша Гончаров (Кристофер), конечно, старше, чем его персонаж, а Ваня (Иван Вильхов, играющий Эда, его отца) младше, чем его родители. Но мне показалось, что это не столь важно. Главное, артисты по человеческим качествам схожи со своими героями. Они, скорей, играют не возраст, а тему.

Это камерная, интимная история, и важно, чтобы актеры работали не широко, а на полутонах, на нюансах, подробно, точечно, и чтобы все происходило вблизи от зрителей, у которых в спектакле тоже есть роль – воображаемых друзей Кристофера. Интересно, что один и тот же актер или актриса играют в «Собаке» сразу несколько второстепенных персонажей. И все это – не меняя костюмов и грима.

– Наш герой Кристофер – «инопланетянин», который попал на Землю и не понимает ее законы. А законы эти очень странные, непонятно из чего вытекающие и не гарантирующие никакой безопасности. Все события мы видим его глазами, воспринимаем через фильтр его индивидуальности, – рассказывает Данил Чащин.

«Загадочное ночное убийство собаки» – не история из разряда «Пожалейте мальчика с аутизмом!» Это рассказ не столько про аутизм, сколько про взаимоотношения в семье и про одиночество.

Спектакль «Загадочное ночное убийство собаки» – реальный шанс увидеть, как Кристофер, услышать, как Кристофер. Шанс узнать, что чувствуют люди с метальными особенностями, и еще раз убедиться в простой истине: в любви, надежде и вере нуждается абсолютно каждый человек на планете.

Маргарита Неугодова

Фото: Сергей Харин


INосказательно
Позитивный опыт моногородов

ТОСЭР «Нытва» и «Чусовой» решают проблемы с трудоустройством жителей Прикамья  

Набирая обороты

До конца года ТОСЭР «Нытва» планирует привлечь 240 млн рублей капвложений резидентов  

Творческий выход из кризиса

Детская эстрадно–театральная студия «Прозус–Д» успешно работает в Перми уже 14 лет  

Светлана САЛЮКОВА: «Мы открыты миру, мир открыт нам»

Всю третью неделю марта в пермской гимназии №31 царило праздничное настроение