Газета деловой интерес
Достаточно ли, по вашему мнению, мер по поддержке бизнеса, предоставляемых государством?

Календарь публикаций
«    Февраль 2020    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
242526272829 

«Реконструкция» времени и пространства


«Реконструкция» времени и пространства

В Пермской художественной галерее работает выставка московской художницы Катерины Филимоновой, созданная специально для Перми.

В этом живописным проекте автор создает новую реальность, рожденную собственными воспоминаниями. Идея выставки заложена в самом её названии.

Основной жанр представленных произведений – архитектурный пейзаж. Виды Рима или Сиены, Москвы или Перми  дополнены живописными фрагментами – от Джотто до Петрова-Водкина, фрагменты эти возможно трактовать и как результат расчистки красочной поверхности, под которой обнаруживается некий глубинный уровень. Это интригующее путешествие по разнообразным архитектурным ландшафтам разных эпох.

Вырасти своего Гельмана

«Реконструкция» - третья пермская выставка Филимоновой, где она продолжила игру со временем и пространством. А началась эта история в более раннем проекте, который тоже начинался в Перми на выставке «Арт-Пермь». В 2008 году художник представила живопись - серию холстов одинакового размера (70х90), изображающих листки из дневника. В «Семейном альбоме» она написала на холстах фотографии своих молодых дедушки, бабушки и отца, которые уже ушли из жизни. К их изображениям Катерина Всеволодовна добавляла себя и, таким образом, становилась действующим персонажем семейных воспоминаний. Так появились первые пространственно-временные изменения: Филимонова была в каждом холсте, находилась внутри каждой фотографии, хотя в реальном времени она тогда вообще еще не существовала, однако позволила себе путешествие по семейным событиям.

Кстати, о корнях. Папа Филимоновой – портретист и живописец, и хотя с пяти лет он не жил с Катериной и ее мамой-балериной, а потом довольно рано умер, но именно от него девочка переняла любовь к портретному жанру, и чувствует себя особенно хорошо, когда пишет людей. И все-таки назвать своим учителем отца она бы не рискнула, обучаясь живописи по книгам и альбомам. Даже то, что дочь поступила в центральную художественную школу при Суриковском институте, папа узнал постфактум. И приложил руку к обучению, лишь когда Катерина уже поступала в вуз. Зато сильное влияние на ребенка оказал дедушка – выпускник знаменитого ВХУТЕМАСа, известный советский сценарист, «Первая перчатка» – его фильм. «Дед был прикольный, интересный, - вспоминает художница. - Общался с Маяковским, Максом Волошиным, меня с детства приобщал к их творчеству. Знал наизусть Гумилева, Ахматову, Мандельштама, которые были запрещены в 70-80-е годы…»

Но вернемся в Пермь. В 2009-м, вновь на «Арт-Перми» Филимонова представила инсталляцию «Каждый может вырастить своего героя»: в  цветочные горшки были воткнуты палочки, где на фанерках были изображены персонажи современной арт-сцены: Марат Гельман, Айдан Салахова, московские художники.

Монументально – значит, свободно, комфортно и атмосферно

Именно тогда на встрече с директором Пермской галереи Юлией Тавризян и возникла тема проекта «Реконструкция», но понадобилось еще два года, что сдвинуть его с места. Не хватало последнего толчка. В планах было два варианта, но остановились на «Реконструкции», который появился именно в Перми и именно благодаря заказу ПГХГ. С пермского дебюта проект начнет свое путешествие по России и странам зарубежья, которое, как надеется художница, будет долгим и успешным.

Но если сама «Реконструкция» создавалась на одном дыхании (в 2017-м предложили, в 18-м - выбрала из огромного материала нужное, а за 1,5 года написала 17 больших холстов), то накопление материала – фото, зарисовки – делались в течение 10 лет.

Выставка занимает три небольших зала, в которых много света и воздуха. Именно благодаря им большие полотна-диптихи (самые маленькие - метр на метр десять, большие – три на метр двадцать) смотрятся свежо, неожиданно и очень атмосферно. Как призналась Катерина Филимонова, она окончила монументальное отделение живописного факультета Суриковского института при Академии художеств, поэтому любит большие форматы, чувствует себя в них свободнее: «Этот проект идеален по размеру, в нем мне комфортно….»

Обычно главный персонаж филимоновских листов – человек, через которого она передает свои мысли и высказывания. В «Реконструкции», напротив, вообще нет людей, главные действующие лица - архитектура и окружающие пейзажи.

Среди 17-ти больших холстов выделяется один маленький, более ранний - 2011 года, когда проект только зарождался. Это камерная работа, натюрморт «Изгнание бесов из Ареццо».

- У художника раннего Возрождения Джотто ди Бондоне есть фреска, где Святой Франциск изгоняет бесов из Ареццо. И мне пришло в голову, что нужно дополнить фреску видом современного Ареццо, если, конечно, его можно назвать современным – пейзажи за века нисколько не изменились. А вот большая работа, тоже посвященная Ареццо, - это один из моих любимых городов, у него своя яркая, узнаваемая атмосфера. И на ней тоже демоны, - любовно представляет свои картины Филимонова. - И снова это дивное место – картина «Встреча в Ареццо». Встретилась мне там очень смешная собака, я ее сфотографировала, когда она сбегала со ступеней. А когда увидела собак на фреске во Флоренции - пастырей, которые охраняют паству, поняла, что они обязательно должны встретиться.

Голуби всех времен вместе ходят в одну сторону

Закрутилось все с Италии, где некоторое время назад ей предложили сделать выставку. Начались регулярные «набеги» в сакральные места. В каждом из городов появились любимые места – площади, улицы, соборы, палаццо, определенные ракурсы, близкие точки зрения. Параллельно с этим в Италии, безусловно, существует наиболее сильный фильтрат изобразительного искусства.

- В итоге реальная архитектура старых городов, которая мало изменилась, постепенно смешивалась с той, которая была изображена на фресках. То есть какие-то вещи извне переходили внутрь, а фрагменты картин и фресок узнавались мной в реальных пейзажах. И когда меня переполнила лавина впечатлений, захотелось сделать некое высказывание на эту тему. Проект «Реконструкция» - это внутренняя реконструкция моего окружающего пространства, когда я беру фрагменты фресок и картин и накладываю на реальное изображение архитектуры. Они вплавляются, изменяют его, и получается своя, новая, другая реальность, - так определяет художница квинтэссенцию своей выставки.

Любовь к раннему итальянскому Возрождению и к античным мозаикам Катерина Филимонова сохранила на всю жизнь. Фра Беато Анджелико, Пьеро делла Франческа…

Вот помпезный вид Капитолийского холма в Риме - каменный, античный и одновременно эклектичный – древние развалины на переднем плане и руины более поздних времен. И в этих домах до сих пор живут люди. Но поскольку для Филимоновой Рим, прежде всего, - античный город, она его населила фрагментами фресок с садами - росписью античной виллы в Риме, зелено-голубой комнаты с плодами и птицами. В итоге золотой Рим в ярком вечернем солнце слился в единое целое с бирюзовыми, почти воздушными садами.

А это Венеция, площадь Святого Марка, где всегда много голубей. Прекрасный завтрак в кафе «Флориан» внезапно отсылает нас к двум проповедям птицам. Левая часть диптиха, голубая – потертая и плохо сохранившаяся фреска раннего Возрождения Джотто ди Бондоне, фрагмент с руками фигуры Франциска Ассизского, чтобы было понятно, что это проповедь. А правая часть – это мастер из Сиены, более поздний, там черные птицы, хотя тема та же. «Меня поразил этот контраст, и я поняла: хочу, чтобы на полотне были две проповеди. А вы обращали внимание, что все птицы всегда ходят в одну сторону?..» - озадачивает неожиданным наблюдением Филимонова.

И снова Сиена – небольшой прекрасный средневековый город в Тоскане, довольно типичный вид с пригорка, утренние, солнечные дома – все, как любит художник. И тут же кусок фрески «Строительство Сиены» мастера Амброджо Лоренцетти. «Эта фреска, я поняла, мало чем отличается от современной. Поэтому они так гармонично сплавились вместе», - рассказывает о любимых местах Катерина Всеволодовна.

Пермь – зеленая вода Камы и золотое свечение

После Италии в фокус попала Москва, поскольку Филимонова - москвичка и окружающие места ей, безусловно, особенно близки. Ими оказались, в первую очередь, виды из окон квартиры в центре города. Это самая типичная, старая Москва. Вот картина «Пасха» с видом из окна и фрагментом из современной картины Петрова-Водкина, несмотря на всю любовь к античности и раннему Возрождению. А вот еще вид из окна – «В моем дворе» с фрагментом фрески XVII века «Апокалипсис» из Кремля Ростова Великого. Аритмические крыши домов, переходящие в хаос…

А потом случилась Пермь.

- Когда я приехала в сентябре прошлого года обсуждать последние нюансы выставки, было довольно прохладно, а мне нужно было выбрать какой-то сюжет. И я подумала: что для меня самое удивительное и типичное в Перми?  Конечно, Кама! В Москве нет таких больших, широких, прекрасных рек. В ветреную погоду я пошла гулять по мосту, дошла до середины, оглянулась. И увидела замечательный пригорок с собором – а это как раз галерея, поняла, что хочу сделать этот вид. Потому что до этого, блуждая по залам ПГХГ, где выставлены иконы, я увидела замечательную икону «Житие Святого Климента» с прекрасным городом: формально он изображает Рим, но согласно канонам русской иконографии, даже зарубежные дома пишутся в виде теремов, церквей с маковками, с куполами. То есть это совершенно русский город. И для меня это была Пермь. Там и вода, как в Каме - зеленая, и пригорки те же. Меня просто пронзило, что этот фрагмент встанет на мое полотно и продолжит, дополнит реальный пейзаж: вода перетекает в воду, и золотое свечение (когда писала, был закат, хотя обычно я всегда в Перми застаю низкое небо и редко – яркое солнце). И хотя небо тоже было низкое, закат светился, и Пермь мне предстала золотой. И икона тоже светилась!.. Эту работу я обязательно подарю Пермской галерее, – с таким восхищением художница описывает свои впечатления от Перми и Камы.

Одинокий дракончик на поводке

В проекте «Реконструкция» Катерина Филимонова принципиально избегает людей. «На этих площадях и улицах человек просто не нужен, он отвлекает», - убеждена она. Однако при внимательном рассмотрении на некоторых холстах все-таки можно обнаружить людей с фресок: они словно мимолетно проходят через холст и так же эфемерно уходят с него. На фреске художника очень раннего Возрождения Доменико Гирландайо, учителя Микеланджело - совершенно очаровательная девушка с собранными плодами. «Когда я была в апельсиновом саду города Феррара, то представляла себе, как раньше по нему гуляли дамы в удивительных одеждах, и как эта девушка с полотна Гирландайо уходит за линию горизонта…», - объясняет свой замысел Филимонова.

«Изгнание из рая» - тема, известная не только в западной культуре, но и в православной иконописи. На картине москвички - вечное изгнание из двух разных эпох. Слева – фреска из Флоренции художника Мазаччо, умершего очень молодым, но успевшим оставить потрясающие образы. Это очень любимая искусствоведами и узнаваемая всеми фреска, где ангел указывает перстом – прочь! Справа – фреска из церквей Ростовского Кремля, XVII век, ярославская школа живописи, она плохо сохранилась, но, тем не менее, отчетливо видна динамика и трагическое ощущение изгнания. Адам и Ева уходят с холста, а с ними - разные звери с фрески. И становится ясно, это двойное изгнание может быть продолжено дальше.

Совершено камерная вещь - «Вечер в парке». Все хорошо помнят, что в  русской иконографии Георгий-Победоносец убивает дракона: пронзает копьем, и змей умирает. Зато на Западе, особенно в конце Средневековья и начале Возрождения, было принято, что Георгий освобождает принцессу и приручает дракона. И там дракончик изображается как маленькая собачка, иногда даже на поводке, который держит в руках принцесса. Но неожиданность! На работе Филимоновой от принцессы – только кусочек платья, потому что она большая и не входит на холст. Победоносец ускакал, Принцесса ушла, а одинокий дракончик остался лежать в парке на розовом песке…

- Какой посыл я отправляю своему зрителю? – задумчиво переспрашивает меня Катерина Всеволодовна. - Наверное, прекратить постоянный сумасшедший бег, который в Москве особенно ощущается. Задуматься, чтобы время немножечко замерло, чтобы человек остановился и погрузился в атмосферу города, почувствовал связь культуры старого и нового, ощутил, что на самом деле все это может быть единым пространством, независимо от времени.

Маргарита Неугодова 

Фото: ПГХГ

СПРАВКА IN

Катерина Филимонова родилась в 1962 году Москве, в 1989 году окончила с отличием Московский Государственный Академический художественный институт им. Сурикова, факультет живописи, отделение монументального искусства (мастерская профессора Клавдии Тутеволь, ученицы Александра Дейнеки). С 1986 года активно занимается творчеством и участвует в выставках, с 2002 года - член Союза художников.

Холсты хранятся в музеях Алматы и Кутаиси, две небольших работы находятся в Эрмитаже в коллекции Жоржа Мачере и Нади Волконской, в частных коллекциях в России и за рубежом.

Любимые художники - Василий Суриков, Валентин Серов, Рене Магритт, из современников – ровесник Валерий Кошляков. В каждом времени и периоде есть свои любимцы.

 


IN-календарь
INосказательно
Павел ФОКИН, министр социального развития Пермского края

Пермский край с 2020 года включен в пилотный проект Минтруда РФ по снижению бедности 

Анастасия ПЕТРОВА, главный редактор газеты Dеловой INтерес

Правление Решетникова отличается какой–то вывернутой логикой: сперва ломают, потом начинают думать 

Вероника  КУЛИКОВА, депутат Пермской городской Думы

Если мы сейчас готовы повышать тариф и при этом не улучшать качество услуги, это безответственно