Газета деловой интерес
Достаточно ли, по вашему мнению, мер по поддержке бизнеса, предоставляемых государством?

Календарь публикаций
«    Август 2019    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 

Иван ОГОРОДОВ: «Прикамскому селу нужна комплексная поддержка»


Иван ОГОРОДОВ: «Прикамскому селу нужна комплексная поддержка»

К Дню работников сельского хозяйства и перерабатывающей промышленности IN беседует с министром сельского хозяйства и продовольствия Пермского края Иваном ОГОРОДОВЫМ.

Главный вопрос – перспективы развития сельских территорий и агропромышленных производств Прикамья.

— Иван Петрович, как обстоят дела с воплощением в жизнь муниципальной стратегии развития сельскохозяйственных территорий?

— Муниципальные стратегии развития сельскохозяйственных территорий были приняты не вчера и не позавчера. Мы утвердили стратегию на три года — 2015, 2016 и 2017. Сформулировали требования к развитию, исходя из условий, сложившихся в конкретных муниципалитетах, в том числе — земельных условий, проблем, связанных с трудовыми ресурсами, инфраструктурой, возможностями рекреации. Если предприятие традиционно занималось крупнотоварным производством – как большинство хозяйств в Куединском районе, например, — то принуждать к созданию в этой территории малых форм хозяйствования нецелесообразно. В Нытве также не будут развиваться малые формы – но возможно развитие кооперации среди личных подсобных хозяйств.

Иная ситуация в Добрянском районе. Здесь лет десять назад все сельское хозяйство практически ликвидировали. Земли раздергали на участки. Трудовой ресурс дорогой. Крупному бизнесу на территории менее тысячи гектаров не развернуться. Вот здесь активно развиваются именно малые формы хозяйствования, есть некая агломерация. В районе отдыхают, построено много дач — и малые формы хозяйствования ориентированы на приусадебные участки, индивидуальное жилищное строительство, на туристические трафики, базы отдыха, рыболовные пруды.

Ключевой момент: мы, исходя из конкретных условий муниципалитета, развиваем именно то, что будет продаваться и пользоваться спросом. Например, в Чердыни стоит развивать ремесла, рекреационные возможности — такие, как фестиваль «Зов Пармы», сбор и переработку дикоросов, создавать инфраструктуру для туристического трафика. Сделать все, чтобы люди, приезжая сюда, покупали местное, домашнее, чердынское…

— Как обстоят дела с большими хозяйствами?

— Ряд территорий Прикамья целенаправленно работает с крупным товарным производством. Это Нытва, Карагай, Верещагино, Сива. Мы не настаиваем, чтобы здесь активно создавался малый бизнес — ферма в сто голов в таких территориях просто не будет конкурентоспособна. Однако фермеры вполне могут работать в нишах.

Наша задача – устойчивое развитие территории. Государственная программа так и называется – «Развитие сельского хозяйства и устойчивое развитие территории».

— Уже есть положительные результаты?

— Конечно. На территории Прикамья есть три категории хозяйств – сельхозорганизации, крестьянско—фермерские хозяйства (КФХ) и личные подсобные хозяйства (ЛФХ). Положительная динамика видна по объемам производства по сельхозорганизациям, по крестьянско–фермерским хозяйствам — отрицательная динамика существует только по личным подсобным хозяйствам. То есть внутри идет некое перераспределение, более мелкие периодически поглощаются более крупными. Те предприятия, которые мы поддерживаем, увеличивают объемы. А вот ЛФХ – откровенно слабеют и сокращаются. Здесь есть два пути: либо хозяйство сливается с КФХ, либо, особенно, если владельцы люди в возрасте, – закрывается, потому что владельцы отказываются от его ведения.

— Куда идут работать высвободившиеся селяне – по найму?

— Да, некоторые меняют сферу деятельности, идут в найм, на работу вахтовым методом — кто как. Территории теперь даже стали называться «полуспальными» районами. Заводить свое производство – рискуют немногие.

— Даже в пору санкций?

— Да. Такой процесс идет в связи с изменением уровня доходов населения, с тем, что работу найти все сложнее. Думаю, скоро начнется интенсивный возврат к ведению личных подсобных хозяйств — как к способу решения социальных проблем семьи, да и общества в целом. Мы наблюдали это в советские годы, когда практически все имели свои шесть соток, «мичуринские сады».

— Для маленькой семьи даже шести соток – много.

— Да, ключевой вопрос для многих – сбыт продукции подсобных хозяйств. Но она пользуется спросом. Есть тенденция к эко— и биопроизводству. Этот сегмент на рынке присутствует, и он будет увеличиваться. Так что в любом случае своя картошка может стать подспорьем для семьи – и как продукт питания, и как предмет сбыта.

— На какую помощь могут рассчитывать селяне?

— Мы оказываем господдержку по развитию сельскохозяйственной потребительской кооперации. И считаем, что ЛПХ должны тут быть активными участниками, особенно если они объединятся и создадут кооператив. Есть возможность предоставить гранты на развитие этих кооперативов, чтобы приобрести в совместное пользование, например, автолавки для продажи продукции, построить небольшие овощехранилища или цеха по переработке. Излишки есть в каждом хозяйстве. Их можно, конечно, хранить у себя, но сохранятся ли они – большой вопрос. А если организовать общественное высокотехнологичное овощехранилище, то под его строительство можно получить грант, сохранить и продать свою продукцию.

— Кто может заняться ведением таких общественных предприятий и в каких селах их можно строить?

— Думаю, не нужно возводить такие общественные овощехранилища там, где есть крупные сельские предприятия. В Шерье или Нердве этого делать не стоит, здесь нужно подстраиваться под развивающееся сельхозпроизводство. А вот в Елово – надо. Хотя в районе тоже есть сильные предприятия. В Дуброво, например, только что построен новый животноводческий комплекс на 600 голов, это территория индустриального крупнотоварного производства. Более того, здесь сейчас работают два устойчивых предприятия, оба очень активно развиваются. Это позитивный пример вхождения нового инвестора в сельхозпроизводство.

В целом тему кооперации – не потребительской, а производственной – мы начали в прошлом году. Мы даем гранты на развитие в том случае, когда сами сельхозтоваропроизводители объединяются и строят убойные пункты, цеха по переработке и инвестируют в другие направления развития.

Производственная кооперация объединяет сельхозпредприятия. Фактически это – знакомые нам колхозы и совхозы, которые преобразовались в сельскохозяйственные производственные кооперативы, а собственниками являются сами участники производственного процесса, агрономы, трактористы и так далее. При этом производственный кооператив заряжен на получение прибыли.

— Сейчас селяне и технику часто приобретают кооперативно, всем миром.

— Я лично – за создание МТС, машинно­технологических станций, которые должны взять на себя некие элементы технологического обеспечения сельского хозяйства. По сути все производители так или иначе ориентируются на повышение производительности труда. И чем более эффективным способом провести ту или иную технологическую операцию, тем сильнее это повлияет на конечный производственный результат. МТС, безусловно, будут способствовать повышению производительности труда.

Есть два пути создания таких МТС. Есть опыт Башкирии, где было создано госпредприятие, на его работу из республиканского бюджета выделяются средства. Это путь затратен и не всегда успешен. Печальный опыт был.

Еще один способ – та же кооперация, когда несколько предприятий, технологически слабо оснащенных, объединяются, получают грантовую поддержку и приобретают необходимое технологическое оборудование. В первую очередь мы такую схему предлагаем по кормозаготовке. Сейчас хозяйства покупают скоростные упаковочные машины, которые заматывают сено в упаковку. Машина работает в сезон две–три недели. Остальное время не используется. Правильно было бы создать станцию, бригаду, которая в определенные дни выезжает в хозяйство, за несколько дней управляется с заготовкой сена и двигается в следующее хозяйство – член кооператива. Это выгоднее. Уточню — для больших хозяйств с большим стадом, безусловно, нужна своя техника. А для фермерских хозяйств держать полный комплекс неэффективно, происходит удорожание продукции.

Пока федералы регионам возможности создания МТС на условиях кооперации не предоставили. Сейчас основные темы – убойные пункты, цеха по переработке молока, картофеле— и овощехранилища. Успешные примеры их организации и работы в Пермском крае есть. И предприятия объединяются. В прошлом году мы поддержали шесть таких кооперативов. В этом – еще восемь. Максимальная сумма гранта – 15 млн рублей, он выдается на условиях софинансирования.

— Этих средств хватает?

— Средств всегда не хватает, любой производитель скажет – денег мало! Но все­таки мы берем тот инструментарий поддержки, который реально есть сейчас. В растениеводстве – свои формы поддержки, в животноводстве – доплаты за литр молока, в малых формах хозяйствования – гранты, техническое переоснащение, замещение первоначального взноса по лизингу, в кадровом потенциале?– подъемные для молодых специалистов, стажировки, строительство жилья на селе. Отдельно есть поддержка по ветеринарии. Мы и предлагаем такой комплекс инструментов для сельхозпроизводителей, чтобы каждый мог выбрать для себя то, что надо. А вот – достаточно его или нет – пусть оценит профессиональное сообщество.

Матвей Настин


IN-календарь
INосказательно
Анастасия ПЕТРОВА, главный редактор газеты Dеловой INтерес

Сегодня, пожалуй, один из самых актуальных вопросов – вопрос административного давления на бизнес.

Анастасия ПЕТРОВА, главный редактор газеты Dеловой INтерес

1 июля – переломный момент года, с которого в силу вступает целый ряд законодательных ограничений 

Геннадий САНДЫРЕВ, член регионального штаба ОНФ, руководитель группы компаний «Налоги и право»

Особого внимания заслуживает отмена возможности двусмысленного трактования законов