Газета деловой интерес
Достаточно ли, по вашему мнению, мер по поддержке бизнеса, предоставляемых государством?

Календарь публикаций
«    Февраль 2020    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
242526272829 

Br в Краснокамске


Br в Краснокамске

Через 17 лет после прекращения работы Краснокамского йодобромного завода его призрак вернулся на правый берег Камы в виде инвестиций никому неизвестного торгово–посреднического ООО TRUST CAPITAL из подмосковных Химок со штатом в 10 человек. Девять лет (с 2011 года) перепродавая бром и его соединения на внутреннем и внешнем рынках, компания решила перейти к собственному производству, поняв, что потребность рынка в броме растет быстрее, чем его добыча. К тому же прошлый год оказался весьма удачным – выручка от перепродажи только бромидов составила 10,5 млн долларов США, семь из которых (более 440 млн рублей) акционеры общества решили вложить в первую попытку возродить производство брома в Краснокамске. На старой «площадке». Если выгорит – тогда уже «Траст Капитал» готов говорить об инвестициях в 60 млн долларов (3,8 млрд рублей) в строительство совершенно нового завода. Одним словом, фактически стартап.

ЕРШИ НЕ СОВРУТ

Хотя член совета директоров ООО TRUST CAPITAL Игорь Ручьев и советник генерального директора Олег Иваницкий обещают краснокамцам более 500 новых рабочих мест с  арплатой в 32–33 тысячи рублей к 2022 году, у жителей города подмосковные инвесторы особого восторга пока не вызывают. Йодобромный завод запомнился в основном неприятным запахом и отравленными водоемами – жители соседнего поселка Крым, например, еще несколько лет назад рассказывали, что у местных мальчишек была забава: бросать в бывшие очистные завода, превратившиеся в два ядовитых озера, выловленных в соседней Каме ершей. Через секунду рыбки всплывали брюхом вверх.

Но в том–то и состоит особый интерес к этой инициативе, что москвичи рассказывают чудеса: якобы в Химках у них не только склад химической продукции, но и лаборатория, в которой они полтора года разрабатывали технологию безотходного извлечения соединений брома из сырья, то бишь из вод Краснокамского месторождения йодобромных рассолов, крупнейшего на территории России (более 100 кв. км). На противоположном берегу Камы благодаря водам того же месторождения благополучно процветает всемирно известный курорт «Усть–Качка», и если подмосковные торговцы и вправду сделали открытие и являются держателями уникальных ноу–хау, то бром в Краснокамске перестанет быть символом экологической опасности. Разумеется, ключевое здесь слово «если».

Во всяком случае, краснокамская общественность уже насторожились, и в комментариях по поводу презентации проекта полно ехидных предсказаний, что все получится «как всегда». Но даже если «лаборатория» и «безотходная технология» являются всего лишь пиар–ходом для успокоения общественности, у краснокамских экологов, сумевших предотвратить возвращение утилизации ракет на пороховом заводе в середине «нулевых», будет достаточно времени, чтобы максимально осложнить строительство второй очереди, которую, по словам Игоря Ручьева, «Траст Капитал» хотел бы возвести как новое, современное производство «в чистом поле». Место для которого еще не определено.

А первая очередь, фактически как «пробный шар» со штатом в 50 человек и годовым производством в 200 тонн бромида натрия, заработает уже к лету этого года. Тогда–то все и станет ясно. И именно с этими результатами компания пойдет в банки, потому что за свой счет акционеры общества смогут покрыть только 30% стоимости второй очереди, после завершения строительства которой производство бромидов в Краснокамске вырастет до 1700 тонн в год. Кстати, в 2003 году, на момент закрытия, Краснокамский йодобромный завод добывал не более 100 тонн в год, и его смерть ввиду изношенного оборудования и дремучих технологий была совершенно неизбежной.

Ну а как проверить утверждение о безотходном производстве, тоже вполне понятно – берем ерша, идем к очистному водоему или просто к тому, что вытекает с возрожденной «площадки»…

КРАСНОКАМСК КРЫМУ НЕ ПОМЕХА

К слову, на презентации москвичи произвели достаточно хорошее впечатление и не были похожи на «столичных кидальщиков». Во всяком случае, Игорь Ручьев явно имел отношение к химическому производству, потому что сыпал терминами и проявлял осведомленность об условиях хранения емкостей с бромидом натрия при транспортировке. По его словам, на самом деле в компании работают не 10, а человек 40 – просто все остальные на аутсорсинге. На реальном производстве аутсорсингом, конечно, не обойтись, и «Траст Капитал» в кадровом вопросе полностью полагается на человеческие ресурсы «города химиков» Краснокамска, а также вузы и научную общественность Перми. Набор аппаратчиков, мастеров смены и инженеров–геодезистов для первой очереди уже объявлен, никаких проблем здесь инвесторы не видят.

Другое дело – сама бизнес–идея и, в первую очередь, предполагаемый сбыт.

– Мы за сбыт не боимся, потому что наши заказчики готовы заключать долгосрочные контракты сроком не менее чем на пять лет, – поделился планами Игорь Ручьев. – При этом новых мощностей просто нет. После присоединения Крыма в России появилось производство брома, но там старое оборудование и ограниченные мощности, которых не хватает даже на покрытие потребностей внутреннего рынка, которые составляют 10 тысяч тонн в год (по другим оценкам – и до 15 тысяч тонн в год).

Действительно, когда–то тоже загибавшийся Перекопский бромный завод (теперь АО «Бром») после открытия перед ним российского рынка ожил и теперь выдает по 4,9 тысячи тонн бромидов в год, причем считается крупнейшим производителем соединений брома не только в России, но и в Восточной Европе. Озеро Старое он уже вычерпал, теперь перешел на озеро Красное и обеспечен сырьем хорошо плюс логистика и морские коммуникации, позволяющие удобно экспортировать продукцию в Европу и арабские страны.

Однако у будущего производства в Краснокамске есть своя ниша, да и логистика неплохая, потому что одними из основных потребителей растворов брома являются нефтяники, закачивающие все более «тяжелые» буровые растворы в скважины для вытеснения нефти. Раньше для этого преимущественно использовали хромид кальция, но добывать нефть становится все сложней, а бромид натрия тяжелее. Поэтому близость Западной Сибири и собственная добыча нефти в Пермском крае дают примерное представление о возможных заказчиках брома из Краснокамска, не говоря уж о том, что его соединения широко используются и в других отраслях – прежде всего в химической и фармацевтической промышленностях, для нефтепереработки и нефтехимии, применяются в составах для очистки воды и при производстве негорючих изделий.

Насчет экспорта пока говорить рано, но по миру прогноз тоже неплохой. По словам Ручьева, еще в 2014 году глобальное потребление соединений брома составляло 600 тысяч тонн в год. А в 2022 году ожидаемый спрос превысит 880 тысяч тонн в год, с дальнейшим ростом на 8–9% ежегодно. Соответственно растут и цены.

При СССР страна была в числе сильнейших игроков на этом рынке, добывая по 23 тысячи тонн в год в 70–е годы прошлого века. Теперь рынок поделен между четырьмя крупнейшими производителями (Израиль, Иордания, Китай и США), удовлетворяющими глобальный спрос на 74%. Самым крупным месторождением брома на планете (в свободном виде не существует, только в растворах) является, разумеется, Мертвое море, в котором не тонешь именно из–за высокой концентрации тяжелых солей в воде, в том числе брома. Но потенциально наша страна могла бы подвинуть всех прочих, потому что в той или иной концентрации бром находят в попутных подземных водах многих месторождений, вот только с переработкой плохо.

В советское время бром попутно добывался и на Верхнекамском месторождении калийных солей, и при добыче сульфата натрия из озера Кучук в Алтайском крае, и в других местах, но производство было прекращено из–за нерентабельности. Дольше всех, до 2008 года, продержалось производство бромидов на Славяно–Троицком месторождении йодных вод в Краснодарском крае, на реке Кубани. Но подмосковные стартаперы, выбирая сочетание «месторождение – инфраструктура – логистика – кадры», остановились именно на Пермском крае. Причем, если верить обещаниям, готовы построить совершенно новое производство с использованием уникальной безотходной технологии, что будет настоящей революцией в отечественной отрасли.

БУМ НАЧНЕТСЯ С ПРИКАМЬЯ

Хватит ли ресурсов? По словам Ручьева, только подтвержденных запасов бромидсодержащих растворов в Краснокамском месторождении (150 миллионов кубометров) хватит на десятки лет, а некоторые местные геологи утверждают, что запасов еще больше, целый миллиард кубометров. Может быть, и так, но там уже встает вопрос о рентабельности добычи с нижних «горизонтов». Только с первой очереди возрожденной добычи брома в Краснокамске «Траст Капитал» намерен получить выручку в 10–12 млн долларов; окупаемость всего проекта инвестор оценивает в пять–семь лет, разумеется, при существующем уровне цен.

Тут есть некоторые вопросы, связанные с нестабильностью ситуации на мировом рынке, возможными последствиями продолжения эпидемии коронавируса в Китае с последующим падением цен на нефть; следом падает добыча, соответственно, меньше потребность в буровых растворах и так далее. Угадать варианты развития ситуации не представляется возможным, но за смелость и выбор именно Пермского края стартаперы из Химок, конечно же, заслуживают внимания.

Если производство бромидов (а «Траст Капитал» намерен расширять продуктовую линейку и в дальнейшем производить бромид кальция, бромид цинка и бромид аммония) в Краснокамске будет налажено, оно станет вторым в России и в случае успеха может повлечь за собой настоящий бум как частных, так и государственных инвестиций в переработку минеральных подземных вод. У нас в стране их не меряно, и за последние годы было сделано несколько попыток наладить переработку рассолов: на Балыхтинской и Знаменской «площадках» в Иркутской области, на Сухо–Тунгусской «площадке» в Красноярском крае; в Ставропольском крае даже включали в программу социально–экономического развития региона получение брома из попутных вод отработанного газового месторождения «Ипатовский участок». Везде не получилось по финансово–экономическим причинам.

Если в Пермском крае получится – мы будем первыми.

Ну а для местной экономики производство бромидов в Краснокамске станет третьей организацией, в основе деятельности которой лежит бром. Первая, конечно, Усть–Качка, а вторая – санаторий «Демидково», известный жителям края прежде всего тем, что при губернаторстве Олега Чиркунова там проходили первые «пермские экономические» форумы. Куда меньше известно о том, что на территории санатория еще в 1967 году была пробурена скважина №102 глубиной 1487 метров, станок–качалка которой с тех пор исправно подает на поверхность йодобромную воду. Сначала скважина стояла на балансе нефтедобывающего предприятия, а затем была выкуплена санаторием. С чего и начался его расцвет.

Почему бы такому же расцвету не начаться и в Краснокамске?

Алексей Клочихин

Фото: архив TRUST CAPITAL


IN-календарь
INосказательно
Анастасия ПЕТРОВА, главный редактор газеты Dеловой INтерес

Февраль в Пермском крае прошел в стилистике «разброд и шатание».  

Павел ФОКИН, министр социального развития Пермского края

Пермский край с 2020 года включен в пилотный проект Минтруда РФ по снижению бедности 

Анастасия ПЕТРОВА, главный редактор газеты Dеловой INтерес

Правление Решетникова отличается какой–то вывернутой логикой: сперва ломают, потом начинают думать