Газета деловой интерес
Достаточно ли, по вашему мнению, мер по поддержке бизнеса, предоставляемых государством?

Календарь публикаций
«    Февраль 2020    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
242526272829 

Игнат ВЫХОДОВ: «Мы всегда делали то, что сами хотели носить»


Игнат ВЫХОДОВ: «Мы всегда делали то, что сами хотели носить»

Обладатели рюкзаков встречают рассветы с «Ракетой» в самых разных уголках мира, о чем обязательно делятся в Instagram: «Привет от «Ракеты» из Грузии»!», «Ночь, «Ракета», Барселона!». Весной в Будапеште в одном из культовых руин–пабов я встретила немецкого туриста с городским рюкзаком Parm Workshop. Признаюсь, очень хотелось узнать, откуда у парня наш пермский крутой рюкзак. Но схватить за руку и спросить: «Где взял?», как–то не получилось.

Талантливый дизайнер и идеолог мастерской Parm Workshop Игнат Выходов начинал в 90–е на волне streetwear, вдохновленный эстетикой хип–хопа и urban casual. Сегодня сумки и рюкзаки от Parm Workshop прописались в гардеробе как топ–менеджеров, так и приверженцев Urban Style далеко за пределами Перми.

О возможностях локальных брендов, «угнанной ракете», коллаборации с Гавром и планах IN рассказывает главный дизайнер бренда PARM Игнат ВЫХОДОВ.

НАЧАЛО, ИЛИ КАК Я «ПОРТИЛ» ТРЯПКИ

– Игнат, о том, что вы выросли в театральной семье, мы знаем. А шить, кто научил?

– Я действительно вырос в творческой семье. Родители, Лидия Аникеева и Олег Выходов, – актеры Театра–Театра. Надо понимать, что тогда, в 1990–е годы, в театре была не самая оптимистичная ситуация с долгами по зарплате. Кто–то сапоги шел продавать на рынок, кто–то другие выходы искал. Одевались по принципу «слепили из того, что было». Поэтому, как и во многих, наверное, семьях, у нас ничего не выкидывалось. Кусочки меха от накидок на кресла и тапочек, наборы флагов союзных республик, обрезки тканей – все хранилось на антресолях. И таких приколюх по принципу «а вдруг пригодится» было много. В школе я мечтал о модном рюкзаке. То, что продавалось, сшито было ужасно, такие рюкзаки разваливались за месяц, а стоили дорого. И я стал «портить» тряпки дома. Вот тогда флаги из плащевки из маминых запасов и пошли в дело. До этого я кучу ткани «перевел», добрался до флагов, «поставил» на клеенку от кухонной скатерти, чтобы форму держало. Свое место нашли и кнопки, и застежки от бюстгальтеров. Это богатство тоже все срезалось, хранилось. Так «родился» мой первый рюкзак. Тогда «работала» легенда, что я «сшил» обратно страну. Кто шить научил? В семье все умели. А бабушка просто великолепно шила. В украинском поселке, где она жила, все у нее заказывали.

– То, что курс на сцену дальше не взял, не расстроило родителей?

– Родители никогда не стремились направить меня. У меня мелкая моторика была очень хорошо развита, так что к профучилищу я был готов. Получил диплом по специальности «портной верхней одежды». Интернета не было. Не хватало информации, конечно. Мы выросли на субкультуре хип–хопа, streetwear, поэтому немного «ноги росли» и оттуда.

Брал джинсы Levi’s, распарывал, лекала снимал. Разбирался, как должно быть, какие ошибки могут быть в посадке. Я – визуал. И у меня отличное чутье в этом плане, могу сказать: «правильно» или «нет». Стали появляться заказы, я шил, «вываривал» джинсы, кому–то апгрейд делал, несколько коллекций джинсов в активе было.

– Но вернулся все–таки к сумкам?

– До возвращения много успел попробовать. Например, работал в ОхА studio (это авторское ателье кожи и меха Ольги Пономаревой), где нахватался опыта по работе с кожей. Затем мы замутили мастерскую, где шили практически все: джинсы, куртки, сумки, кепки по индивидуальному заказу. Но, чтобы реализовывать те же джинсы через интернет, нужна полная размерная сетка, модельный ряд. Это сложнее. Кроме того, накопилось много всяких обрезков, которые жалко выкинуть, а на сумки и отдельные аксессуары они точно бы пригодились. Так вышло: с чего начал (с рюкзака) – к тому и вернулся.

ОТ ПЕРВОГО РЮКЗАКА — К ЗАПУСКУ «РАКЕТЫ»

– Это изначально была пермская история?

 – Была задумка сделать бизнес с пермской идеей. Так появился бренд PARM — производное от «Пармы». Его концепция — вещи в стиле кэжуал, повседневная классика. Изначально партии были небольшие, несколько базовых моделей. По «ходу пьесы» придумывалось что–то еще, появлялись линейки: сумки, аксессуары, кошельки, кофры для очков, браслеты. Аксессуарная тема всегда на пике. Клиенты, которые с самого начала росли с нами, повзрослели. Появились кожаные сумки. У многих целый «сериал» в гардеробе: сумки побольше, поменьше, для разных целей. Среди любителей бренда – ценители ручной работы из Перми, Москвы, Екатеринбурга, Питера и городов Европы. В 2014 году была выпущена коллекция сумок Parm Work Shop. А самому первому рюкзаку – 10 лет. Сейчас готовим юбилейный вариант.

– Поскольку Parm взял курс на более люксовый сегмент, вы решили в коллаборации с Гавром «запустить» рюкзаки «Ракета»?

– Да Parm работает в сегменте «средний плюс». Фурнитуру, ткани, кожу мастерская закупает в России, Европе и странах Азии. Мы решили запустить «Ракету», как более молодежную, более демократичную. Идея родилась в соавторстве с Гавриилом Гордеевым. С Гавром мы очень давно дружим, еще со времени, когда был театр–студия «КОД» (теперь это «Новая драма»). Жили по соседству. Я много общался и с кэвээнщиками. За ночь порой шил костюмы, если срочно просил Ямур Гильмутдинов. Название новой линейки связали с речными судами «Ракета». Это наше видение городских, повседневных и туристических рюкзаков от пермской мастерской. Хотелось не просто хорошо и качественно шить, а создать то, что изменит наше типичное представление о бренде. «Ракета» – это и ностальгия, и будущее.

ВЗРОСЛЕЕМ ВМЕСТЕ С КЛИЕНТАМИ

– Вы сказали, что клиенты повзрослели, с ними пришли и другие. Как изменился потребитель?

– Более взвешенно подходит к покупке, выбирая изделия, которые будут служить годами. Сейчас актуально, насколько добротно сделана вещь. Качество масс–маркета колоссально упало. Индивидуальные же мастерские могут предложить качественный продукт за адекватную цену. Почему у нас сейчас нет магазина? Нам предлагали место в одном из торговых центров, а производство «Ракеты» думали перевести на удаленку. Объездили несколько фабрик, заказали. И в итоге качество упало. Решили, что подождем с магазином, производство для нас важнее. Наш клиент знает: у нас настолько низкий процент брака, что мы его берем за свой счет себе и сами носим!

– То есть магазина своего нет. Реализация в основном через интернет?

– Был когда–то концептуальный магазин Public Place, с которым мы работали. Основные продажи, безусловно, идут через интернет. Для продвижения команда активно использует Instagram. Часть продаж приходится на Пермь, активно покупают в Нижнем Новгороде, в Москве, Питере, Самаре. Есть сумки от Parm в США, Канаде, Германии, встречали владельцев в Корее, Израиле и Англии. С «Ракетой» активно путешествуют.

Наши рюкзаки можно увидеть у разных блогеров, например, у Алены Котовой, актрисы из сериала «Улица» (ТНТ). Видеоблогеры Василий Вавилов и Михаил Самойлов, авторы интернет–проекта «Доступный Урал», брали их в свои путешествия. Активно идут заказы для решения корпоративных задач. Недавно 500 сумок заказали в компании «ЛУКОЙЛ» к 90–летию пермской нефти. Многие, когда выходят на нас, комментируют: «А мы раньше думали, что вы за границей работаете».

С зарубежными партнерами мы не против работать. Есть мысли. Много ездили по маркетам, выставкам. Сейчас в принципе благоприятная история для локальных небольших брендов. Ведем переговоры с крупнейшим онлайн–ритейлером Wildberries, который ищет поставщиков среди локальных российских производителей. Будем заходить.

Как угнали «Ракету»?

– Была история, как у вас «Ракету» угнали…

– Приезжал полтора года назад на Fashion Planetarium известный спикер Артем Кривда с лекцией «Кто есть кто?» Мы подарили ему наш «ракетный» OldSchool. Позже компания SPLAT опубликовала пост о конкурсе, где в качестве приза заявлен дизайнерский рюкзак, созданный в коллаборации с Артемом Кривдой. «Уникальный» рюкзак по всем ощущениям скопирован с нашей «Ракеты». Мы написали ему и даже «троллили» компанию SPLAT в комментариях к постам. Представитель Артема Кривды занял «противоракетную» оборону. Он признал сходство, но отметил, что юридически это другая модель, так как у нее есть минимум шесть отличий. К примеру, несколько других внутренних кармашков. У нас юридически в стране очень сложно что–то сделать, да мы ничего и не пытались. Юристы SPLAT требовали письменно документ, что мы не имеем претензий. Мы отказали.

Прошедшей осенью на Fashion Planetarium Forum приезжал специалист с семинаром о защите авторского права и интеллектуальной собственности. Очень хотелось, чтобы он сказал: «Ребята, вот на вашей площадке «нечто» для примера произошло, как действовать в этом случае?». Но зачем ему поднимать этот вопрос? На форуме все должно быть стерильным, «белым и пушистым». Но вы же вызывались решать проблемы дизайнеров?

Можно много говорить о поддержке молодых дизайнеров, многие все еще по квартирам сидят, денег нет. Но при этом участие на форуме – за деньги при существующих спонсорах и поддержке Пермской торгово–промышленной палаты.

Я помню, какую дорогу давала молодых дизайнерам «Бриллиантовая булавка». Время было жадное до ярких проектов: все, что делали Лариса Клейнер, Ирина Филичкина («Красное платье») – было здорово. А сейчас задача «Фешен планетариум» – показать наличие легкой промышленности в крае?

ПОЧЕМУ БЫ НЕ С ЧАПУРИНЫМ?

– Сегодня много обсуждается вопрос о возможности выхода локальных марок на международный или федеральный рынок. Вы получили предложение от известного байера Омара Байрамова представлять свои коллекции в его знаменитом концептуальном шоу–руме Win Way Sochi. То есть для вас вопрос о возможности уже не стоит?

– Каких–то идеальных лайфхаков, что делать локальным маркам, у меня нет. Ситуация у всех – индивидуальная. Мы всегда делали то, что сами хотели носить. Это одно из слагаемых успеха. И самый простой лайфхак – очень любить то, что делаешь. Я уже говорил об интересе к локальным брендам со стороны онлайн–ритейлера Wildberries. А с Байрамовым познакомились благодаря Юлии Сунцевой (бренд Rasena), которая с ним уже работала на тот момент. Байрамов помогает выходить на рынок молодым локальным брендам. Он совсем не пафосный человек. Чутко понимает, что «зайдет», что будут носить, а что «не пройдет». Грамотно проводит селекцию. Сейчас мы представляем свои коллекции в его концептуальном шоу–руме. Ошибка многих дизайнеров в том, что они заигрываются. Как раз Байрамов говорил в одном интервью: «Хотите продаваться? Думайте больше о тех, кто будет носить вашу одежду, а не о своих, быть может, крутых, но неносибельных фантазиях».

– Какие планы на ближайшее светлое будущее, кроме создания юбилейного рюкзака? Может быть, думаете о коллаборации с кем–то?

– Хочется вернуться к одежде. Думаем о весенней коллекции свитшотов и бомберов. Коллаборации? Почему нет? Почему бы не с Чапуриным, к примеру. Мы готовы к диалогу.

Лиза Шандера

Фото: vk.com


IN-календарь
INосказательно
Анастасия ПЕТРОВА, главный редактор газеты Dеловой INтерес

Февраль в Пермском крае прошел в стилистике «разброд и шатание».  

Павел ФОКИН, министр социального развития Пермского края

Пермский край с 2020 года включен в пилотный проект Минтруда РФ по снижению бедности 

Анастасия ПЕТРОВА, главный редактор газеты Dеловой INтерес

Правление Решетникова отличается какой–то вывернутой логикой: сперва ломают, потом начинают думать